В компании Светланы Бевзы Люба проработала недолго — около трех месяцев. Попасть сюда она хотела давно: как-никак, Bevza — один из самых успешных украинских брендов одежды с мировым именем и ценами на изделия в сотни евро. Шла на должность администратора, но бренду нужен был заведующий производства, готовый выполнять практически любые задачи. Благо семилетний опыт работы в сфере позволил ей взяться за это. Зарплату Любе предложили меньше, чем она рассчитывала, но зато официальное трудоустройство, весь соцпакет, да и Bevza есть Bevza. «Мой муж — министр, поэтому у нас все официально, ведь проверять меня будут первую», — сказала дизайнерка Любе на собеседовании, как бы гарантируя, что где-где, а тут все точно будет по закону. И хотя некоторые знакомые от перехода на новое место ее отговаривали, говоря, что «с ней сложно работать», в конце концов Люба согласилась.

При устройстве на новую работу Люба отдала свою трудовую книжку в бухгалтерию, но никаких дополнительных договоров ей никто подписать не дал. На вопросы о бумагах директриса, молодая девушка Аня, успокоила ее, что все будет нормально, просто в бухгалтерии пока аврал. На тот момент ответ Любу удовлетворил.

Ситуация с трудоустройством в Bevza, по словам девушки, в целом мало чем отличалась от условий других дизайнеров: часть коллектива работала официально, часть — неофициально. Но неоформленными преимущественно остаются те, кого это и самого устраивало: «Я спрашивала у некоторых из тех, кто был оформлен неофициально: “А почему?” Обычно ответ был: “Мне так удобно”. Например, женщина-закройщица пенсионного возраста. Но я никогда в это все сильно не лезла», — рассказывает Люба. Кроме того, помимо работниц в офисе, с Bevza постоянно сотрудничают 8-9 официально не оформленных швей-надомниц, с которыми ей в дальнейшем также приходилось работать.

В обязанности Любы входила организация производства: работа с подрядчиками, поиск материалов, переписка с ателье и многое другое. Работа, признается она, интересная. Но уже с первого месяца начались проблемы. Так, для проведения мероприятия понадобилось подготовить полиграфическую продукцию, но подрядчик оказался недобросовестным — продукция не была отпечатана, а заплаченные за нее деньги так никто и не вернул. Компенсировать же затраты компания решила… с зарплаты Любы. «При получении зарплаты мне сказали, что вот эти вот 2000 грн., ты их нам достань, и мы их тебе отдадим». А так как ни одна из государственных структур, по которым теперь вынуждена была мотаться Люба в попытках вернуть выплаченную подрядчику сумму, разбираться в ситуации не захотела, заработанные деньги ей так никто и не вернул.

Но первый случай стал лишь прологом — первым звоночком, за которым последовала куда более опасная ситуация. Последовала, казалось бы, из рядового задания: на таможне застряла посылка для Bevza, отправленная через DHL из США. Директриса Аня так и не смогла ее получить, и задание отошло Любе. «Я каждый день ездила в этот DHL. А тем временем работа стоит. Приходилось работать в выходные, которые так никто и не оплатил», — вспоминает Люба.

На этот момент припало и обострение по здоровью — у девушки сдали почки, и она на неделю слегла на больничный. Обострение возникло на нервной почве, как следствие постоянного перенапряжения на работе, констатировали врачи. Но даже сам факт ухода на больничный не устраивал руководство бренда, а температура 40° не казалась уважительной причиной, почему Люба не может в очередной раз поехать в DHL. В результате при получении зарплаты Люба не досчиталась не только изъятых у нее 2000, но и денег за время, проведенное на больничном, оплачивать который компания отказалась. Из разговора с коллегами выяснилось, что ее ситуация не уникальна: оплачивать больничные тут не принято. При чем выдавать Любе деньги запретила лично Бевза, резюмировав все фразой: «Верни мне мои деньги, и я верну тебе твои».

Тут надо отметить, что в многочисленных интервью Светлана Бевза нередко настаивала на том, что ее дело — творить, тогда как во всех технических вопросах производства она полагается на свою команду. Тем не менее, по словам Любы, собственница бренда активно вмешивается в процессы, даже в те, в которых не всегда компетентна, что приводит к сбоям в работе и несвоевременному расчету с подрядчиками. «Доходит до того, даже многие подрядчики жаловались мне, что Бевза им не платит деньги вовремя, — делится Люба. — Или еще мне швеи рассказывали, что они отшили коллекцию на показ, а после показа им отзваниваются и говорят: “Шьем еще одну, точно такую же”. Вещами расплатились с моделями».

Став завсегдатаем офиса DHL, Любе таки удалось перейти к фактическому осмотру груза. Правда, к тому моменту она уже серьезно задумалась об увольнении. Некомпетентность и предвзятое отношение начальства, а также две болезни за месяц убедили ее в том, что нормально работать тут, скорее всего, не получится. Но надо было забрать груз, который порядком всем поднадоел. Всем, не исключая таможенников: «Я туда через день ездила, стояла офисе. На меня уже кричал заведующий таможни, что ваш груз стоит, но мы вам его не отдадим. Что вы со своей Бевзой уже достали. Так я узнала, что слово “Бевза” звучит там уже не в первый раз».

Из США прибыло несколько коробок, оцененных в 120 долларов (груз до 150 евро не облагается налогом). Декларацию на его получение — а значит, и ответственность за соответствие содержимого декларации — Любе пришлось взять на себя. Но получение посылки прошло не так гладко, как ожидалось: «Они мне выносят эти коробки, — пересказывает процедуру Люба. — Надо мной стоят три инспектора с разных сторон. Я открываю коробки и тихо охреневаю. Из них я тащу вещь за вещью… Кожаную обувь, сумки, платья, все дизайнерское, которые явно стоят не по 2 доллара за изделие. Таких изделий там было более 70, и это очевидно не стоило 120 долларов, даже в себестоимости».

В тот день Любе, можно сказать, повезло. Инспектор просто отдал ей перечень содержимого в коробках и посоветовал сделать новую декларацию, указав реальную стоимость всего того, что там находится, и честно заплатив налоги. Но выйдя с таможни, Люба, по ее словам, поняла две вещи. Во-первых, что ее подставили и практически подвели под статью. Ведь ответственность за груз лежала на ней. А во-вторых, что работать тут она больше не собирается. Дорабатывает до пятницы и увольняется — о чем и сообщила сразу по возвращению на работу.

До пятницы ей нашли замену — другую девушку, которой она уже передала все дела. Оставалось лишь рассчитаться и забрать трудовую. Но даже уволиться от Бевзы оказалось не так просто. Любу вызвали в кабинет, где сообщили, что раз достать груз с таможни у нее не получилось, то ни зарплаты в 10000 грн., ни даже трудовой книжки ей отдавать не станут. «В итоге я сказала: “Идите вы все лесом. Оставляйте все себе, я пошла”. Я вышла на улицу, стояла и плакала. Приехал ее муж на машине, забрал ее — Бевзу — нарядную. Смотрю, выходит Аня, отдает мне трудовую и говорит: “Давай я тебе вызову такси”. “А зарплату мне кто даст?” — говорю. “Света сказала, ничего тебе не отдавать, пока ты не вернешь нам посылки”».

В добавок ко всему, трудовая книжка оказалась пустая. Запись про работу в Bevza отсутствовала. Книжка просто пролежала в сейфе эти три месяца. Официально оформлять Любу никто не собирался.

С понедельника Люба уже работала на новой работе, но деньги от Бевзы ей так и не выплатили, мотивируя это тем, что «понесли от нее убытки». По сути, под убытком имелись в виду налоги, которые компании теперь пришлось бы заплатить. «Это не первый раз. Они так ткани возят. Огромные рулоны импортной ткани по 400-700 евро, которые декларируются по 150», — вспоминает Люба. И хотя бывшие работодатели явно пошли «в отказ», за свою зарплату она решила бороться.

Из Bevza Люба уволилась в декабре 2017 года, а уже после Нового года занялась тем, что направила официальные запросы в правоохранительные органы и контролирующие инстанции: Государственную фискальную службу, Государственную службу по вопросам труда, Прокуратуру и Национальную полицию. Полиция и Прокуратура за дело браться не стали, но зато ей ответили из налоговой и пригласили на встречу. Принял Любу заместитель начальника оперативного управления Печерской налоговой инспекции, Борис Борисович Мышак. Он попросил предоставить данные о месте работы, условиях занятости и пообещал провести проверку, после чего официально сообщить о ее результатах. Борис Борисович перезвонил один раз — сказал, что в офисе все в порядке, а самой Светланы Бевзы на месте нет (как раз в тот момент она уехала рожать в США), после чего пропал. Попытки связаться с ним повторно успехом не увенчались: на телефонные звонки в налоговую Любе отвечали, что такой тут не работает.

Не помогла Любе и Служба по вопросам труда — профильный орган, обязанный контролировать соблюдение трудового законодательства. На первое заявление ей по телефону ответили, что сейчас действует мораторий на проверки, и нужно ждать, пока его снимут. Но мораторий на проверку предприятий в 2018 году для Гоструда был отменен постановлением Кабинета Министров Украины еще 18 декабря 2017 года, так что чиновникам в какой-то момент таки пришлось принять заявление и пообещать направить проверку. Но в отписке, которую она получила спустя какое-то время, говорилось, что проверку службе провести не удалось: двери офиса были закрыты, и внутри никого не было. «Я тут каждый день с собакой хожу на прогулку. Там даже сейчас люди работают. В смысле, вам не открывают?» — возмущается Люба. Кроме того, ей сообщили, что доказательств о том, что она действительно работала в Bevza, недостаточно. Чиновников не убедили ни переписка с типографией, поданая Любой в качестве подтверждения своих слов, где она выступала как представитель Bevza, ни та самая декларация осмотра товара с ее именем и печатью таможенной службы. Похоже, не вышло у них и дозвониться по телефонам подрядчиков, с которыми Люба работала для Bevza. Их контакты она также приложила к заявлению. «В результате все просто отморозились», — грустно констатирует Люба.

Многое из того, с чем Любе пришлось столкнуться при работе в Bevza, чем-то новым для нее не стало. Неофициальный найм («А зачем тебе официально? Ты что, рассчитываешь на пенсию в этой стране?»), зарплата в конвертах, неоплачиваемая работа на выходные и праздничные дни или работа без отпусков — повсеместная реальность невидимых работниц мира высокой моды, его обратной стороны. Так работают многие украинские бренды. Но три месяца, проведенные у Бевзы, заставили Любу серьезно задуматься об уходе из отрасли: «Почему я этим всем занялась? Да, мне бы хотелось вернуть свою зарплату! Не из жадности, а из принципа. Я проработала честно. Я не тот человек, кто просиживает свое время на работе. Я потратила свои нервы и здоровье. После работы у Бевзы меня это настолько все выбило, что я теперь ищу удаленную работу. Мне физически страшно, что меня опять обманут, что опять не заплатят за работу», — говорит Люба.

«White is BEVZA», — говорит официальный сайт дизайнерки, подчеркивая фирменный цвет ее лучших коллекций. Вот только бизнес в Bevza ведется скорее «по-серому», а близость к власти еще никогда не была преградой для подобных схем. Уж скорее наоборот«Перед тем, как пойти к ней работать, я случайно увидела интервью Бевзы, который она давала журналу Vogue UA. В нем она сказала такую фразу, что готова стать “первой леди”. И после всей этой истории от мысли, что такая женщина может стать “первой леди”, мне становится жутко».

P. S. Люба верит в карму. Она уверена, что справедливость рано или поздно все равно восторжествует. Но мы предлагаем немного помочь мирозданию, обнародовав историю Любы и информацию про условия труда в Bevza. Возможно, так получится восстановить порядок Дхармы несколько быстрее.

Читайте такожЗа лаштунками шоурумів: хто шиє дизайнерський одяг в Україні

Текст опублікований у рамках журналістського проекту «Невидима праця». Проект реалізовано за підтримки Фонду ім. Рози Люксембург в Україні.

Невидима праця. ЛоготипL_RLS Ukraine_горизонтальний_13