«Вот блять!» — сочно и вслух выматерился таксист, когда, несмотря на все его старания, колесо машины таки угодило в дорожную яму. До этого мы ехали молча, но обстановка в салоне авто явно напряженная. Заказ из Северодонецка в Приволье, по напрочь разваленным дорогам — это совсем не то, что хочеться взять ранним утром 9 мая. А других дорог у Луганской области для вас нет. 

На центральной площади Приволья нам попадается первый за этот день митинг: его проводит священник для своей небольшой, состоящей исключительно из женщин в платках паствы. Но узнать об этом утреннем единении Дня победы и православия побольше, к сожалению, нет времени. Нас ждут торжества на мемориальном комплексе «Привольнянский плацдарм».

Нас — это журналистов и социологов, участников проекта Memory guides: information resources for the peaceful conflict transformation, приехавших в начале мая 2019 года на Восток Украины. Так как побывать на всех мероприятиях 9 мая было бы просто невозможно, на мероприятиях в центре Северодонецка остались фотограф Вадим Лурье и журналистка Анна Воробьева, на концерт для работников «Азота» удалось попасть социологине Ольге Пинчук, а я и социолог Сергей Румянцев отправились на «Привольнянский плацдарм».

День победы, примирения и раздора

День победы на постсоветском пространстве пережил множество трансформаций. Но, как и многие другие красные дни советского календаря — 1 мая или 8 марта, — под конец эпохи политическую составляющую (антивоенную — «лишь бы не было войны» — либо антифашистскую) он практически потерял, слившись с Днем солидарности трудящихся в одну большую «маевку». Главными элементами праздника стали военные песни, поздравление ветеранов, возложение цветов к обелискам и хорошая погода. А вечером — салют. Такие мои первые воспоминания о 9 мая, и таким он оставался как минимум до середины 2000-х. День весны и цветов. 

Но в преддверии первого Майдана политическая жизнь в стране начинает обострятся, и мейнстримные политики открывают для себя относительно новый исторический фронт. Если режиму Кучмы, со свойственной ему «многовекторной» политикой, удавалось усидеть на всех стульях сразу, то пришедшие на смену «красным директорам» политические элиты (и не слишком отличимые от них контрэлиты) быстро осознали все выгоды инструментализации истории. Между конкурирующими политическими блоками началась гонка исторических вооружений. И память о Второй Мировой сыграла в ней одну из ключевых ролей.

Как биржевые трейдеры, одни политические игроки играли на понижение котировок ВВ, тогда как другие — на их повышение. Так мы и получили два непримиримых мифа: миф о Великой Победе, частично импортированный из России, и миф о двух равных захватчиках — СССР и Германии, различие между которыми попросту отсутствует. А то и вовсе предпочтение отдается нацистам как более «цивилизованным». На место советского воина-освободителя в этой версии пришел украинский повстанец — воин ОУН-УПА.

Две версии памятей схлестнулись во время протестов на Майдане и последовавшей войны на Востоке. Так, 2 из 11 «диктаторских законов» 16 января были «историческими» и вводили ответственность за оправдание фашизма. Позже «война с фашизмом» стала главной идеологической рамкой ЛДНР, тогда как «антисоветский» нарратив в постмайданной Украине был закреплен законодательно. То, что не получилось у предшественников, успешно воплотила новая власть, но с противоположным знаком. Закон про декоммунизацию попросту криминализировал советскую символику1Название закона «Про засудження радянської та націонал-соціалістичної ...continue и главный мем Дня победы последних годов — георгиевскую ленточку.

«Остаточним прощавай» Дню победы должно было стать переименование праздника на «День пам’яті і примирення» и перенос его празднования на 8 мая. Конечно же, под «памятью и примирением» понималось вовсе не примирение советского и националистического дискурсов. Как и закон про декоммунизацию, «примирение» работает лишь в одном направлении.

Но даже мощной идеологической атаки на 9 мая, как и в случае с 1 мая или 8 марта, оказалось недостаточно, чтобы преодолеть социальную инерцию традиционных праздников. В результате в Украине сложилась парадоксальная ситуация с двумя праздниками, где каждый может выбрать себе по вкусу и политическим предпочтениям. 

Эта «вкусовщина» имеет и региональный аспект. Только 7,4% жителей Востока считают, что праздновать надо лишь 8 мая, тогда как на Западе таких почти 25%. А отмечать только День победы на Востоке хотели бы 42% опрошенных, что не странно ввиду глубокой интеграции памяти о Второй мировой в локальный контекст. И отменить эту память декретом не получится. Ее можно лишь затушевать, переозначить, наполнить новыми символами, перемешав их со старыми, либо же, наоборот, актуализировать и эксплуатировать в своих целях.

Именно такие замысловатые хитросплетения я и застал, приехав в составе исследовательской группы на Восток начале мая 2019 года. И хотя посетить, а тем более рассказать о всех событиях, прошедших в те дни на Луганщине, все равно не получится, я остановлюсь лишь на трех: торжественном митинге на «Привольнянском плацдарме», концерте «Низький уклін тобі, ветеране» в лисичанском ДК и официальных мероприятиях возле Мемориала славы в Северодонецке.

Наша столица — Москва. Приволье

Ближе к мемориальному комплексу «Привольнянский плацдарм» дорога исчезает и вовсе. По грунтовке мы выезжаем на панорамный холм. Отсюда отлично просматривается (и простреливается) вся округа. И именно тут с мая по сентябрь 1943 года проходили ожесточенные бои, унесшие жизни более 20 тысяч солдат. В результате Красной армии таки удалось форсировать Северский Донец, взять высоту штурмом и развернуть дальнейшее наступление на Донбассе. В 2010-м, к 65-летию Дня победы, на месте плацдарма был выстроен мемориальный комплекс в форме тогда еще разрешенной пятиконечной звезды. Сегодня он выглядит как островок из плитки и мрамора посреди раскисшего грунта, на котором ютятся все собравшиеся.

Привольнянский плацдарм. Фото: Сергей Мовчан

На митинге человек двести. В руках у большинства — цветы. У других — портреты погибших во Вторую мировую родственников. И хотя движение «Бессмертный полк» в Украине принято считать «зрадою», возмутиться такому наглому акту вторжения «русского мира» тут особо некому. Ну, почти… На митинге все же можно увидеть и людей с черно-красными националистическими флагами. Ведут себя националисты не агрессивно. Численное превосходство явно не на их стороне.

Есть «зрада» и похуже. На главной сцене появляется красный «флаг победы». А на мундирах ветеранов среди множества медалей и орденов мирно сосуществуют как красный мак — символ 8 мая, так и запрещенка — георгиевские ленты.

Начинается митинг с государственного гимна, после исполнения которого националисты кричат «Слава Украине», обозначая тут свое присутствие. Следом — весьма аполитичные речи местных градоначальников, сводящиеся к словам благодарности ветеранам и необходимости помнить. Но постепенно митинг начинает приобретать иной окрас. Слово берет невысокого роста седовласая женщина — ветеранка и почетная гражданка Лисичанска Мария Васильевна Орлова.

Голос женщины крепкий, поставленный по-армейски. Она чеканит каждую фразу, как бы отстукивая ее резкими взмахами руки со сжатым кулаком. А когда дело доходит до актуальных событий сегодняшнего дня, Мария Орлова почти переходит на крик: 

«Пользуясь присутствием тут народных депутатов, пррросим передать от нас, ветеранов, что мы никогда не отменим пррраздник 9 мая! Оно в нас с кррровью вошло!»

Аплодисменты. 

«Мы, привольняне, мы признаем государственный флаг Украины, но мы будем говорить на том языке, на каком нам удобно! Если кому есть перед кем повиноваться — повинуйтесь. Но мы, ветераны, непобедимы. Донбасс никогда не поставить на колени!»

Аплодисменты.

Участники торжественного митинга на Привольнянском плацдарме. Фото: Сергей Румянцев

Задевает Мария Васильевна и экономическую тему. Ответственность за деиндустриализацию Донбасса женщина возлагает на «верхнее руководство» страны. Стоящие буквально в шаге местные чиновники и депутаты, являющиеся негласными хозяевами региона, под критику женщины не подпадают:

«Стыд и позор нашему верхнему правительству за то, что наши шахты-рекордсмены превратили в копанки. Позорище такое! Ребята, молодежь, берите власть в свои руки, стройте новую жизнь, без войны. Успехов вам, вдохновения, мира и труда».

Мария Васильевна отходит в сторону, чтобы уступить микрофон главному на сегодня оратору. Тому, кто тут, похоже, и заказывает музыку — депутату от ОПЗЖ и бывшему мэру Лисичанка Сергею Дунаеву. Главные предвыборные месседжи своей партии он доносит именно как желание ветеранов. А свое ставшее вскоре очень известным в патриотических группах выступление начинает со слов: «Фашистская чума надвигалась на нашу столицу — Москву, Украину, Киев, Одессу, Луганск, Донецк, Днепропетровск».

Но вот над Плацдармом разносится грустная мелодия. Ветераны в сопровождении депутатов медленно уходят со сцены, уступая ее артистам. «Я сегодня до зари вста-а-ану, по широкому пройду по-о-олю», — затягивает военную песню статный парень с хорошо поставленным голосом. Ее трагизм в неспешных танцевальных фигурах воспроизводят парни в советских военных гимнастерках. Сразу после них — детская пантомима на тему голода в блокадном Ленинграде, хореографический номер в исполнении девушек в платках, баянист-морячек и локальный хит в исполнении все того же статного парня — «За победу до дна!». Закончится этот концерт не мог ничем другим как той самой песней. Под ритмичные хлопки всех присутствующих со сцены звучит «День победы».

«А с вами до Лисичанска доехать можно?» — интересуюсь у водителя автобуса, что уже собирается отправляться, и вскоре мы вновь трясемся по развороченным дорогам Луганской области, но уже в компании полутора десятка работников лисичанского завода резинотехнических изделий. На празднике они оказались не случайно: посещение Плацдарма работниками завода организовывалось централизованно, в добровольно-принудительном порядке. Но самим концертом они остались довольны.

«Наши победили, а ты боишься, как фашистский разведчик!» Северодонецк

«Северодонецк — это младший брат, у которого получилось». Так нам описывают отношение лисичанцев к своим соседям по агломерации. От города к городу и правда рукой подать, но контраст впечатляющий. 

Дом культуры химиков, Северодонецк. Фото: Сергей Мовчан

Северодонецк — памятник плановому градостроительству, а гигантский завод «Азот», занимающий около половины территории всего города, как бы требует от других городских объектов «соответствовать». Вот и имеем монументальный ДК Химиков, чуть более скромный ДК Строителей и Ледовый дворец на 5000 мест. Контраст с Лисичанском, с его изогнутыми улицами и созданными вокруг заводов районами, впечатляющий.

Не меньший контраст и в праздничных ритуалах. В 2014 году 9 мая припало на начало боевых действий на Донбассе. Город в те дни находился под контролем самопровозглашенной власти ЛНР, и праздник провели в соответствии с идеологическими установками «молодой республики» — по всем советским канонам. Но уже скоро город перешел под контроль украинской армии, а следом в Северодонецке была создана военно-гражданская администрация. Город стал временной столицей Луганской области. Ожидаемо сменился и праздничный канон. И хотя совсем обойти стороной традиции отмечать 9 мая не получается — тут они слишком сильны — в Северодонецке как нигде чувствуется следование уже новой государственной повестке.

Украинские военные на торжественном митинге, Северодонецк. Фото: Вадим Лурье

Празднование 9 мая в Северодонецке начинается на площади Мира. Военнослужащие с красными маками, желто-голубые флажки, ленточки, шарики. Солдаты АТО и ООС выносят государственный флаг, после чего звучат поздравления от заместителя городского главы, главы Союза ветеранов и военкома города. И даже в обращении к ветеранам от Юрия Бойка и все того же Сергея Дунаева, зачитанного депутатом горсовета от «Оппозиционной платформы», больше ни слова про «нашу столицу». Желто-голубой венок возлагают и к памятнику героя новой войны — генерал-майора Александра Радиевского, погибшего в Лисичанске в июле 2014 года. 

Утренний концерт на главной площади хоть и не продолжительный, но показательный. Вместо военной формы времен второй мировой на исполняющих танцевальные номера детях вышиванки, венки или шаровары. А после его окончания начинается шествие к Мемориалу Славы.

Концерт на площади Мира, Северодонецк. Фото: Вадим Лурье

Отмечает день победы и коллектив северодонецкого «Азота». Сейчас завод переживает не лучшие времена, работает лишь один цех, но не провести праздничный концерт по случаю Дня победы в ДК Химиков профсоюз просто не мог.

«Молодой человек в потертой фронтовой форме звонко поёт: “…а степная трава пахнет го-оречью, молодые ветра зелены…”. На экране за сценой —  черно-белые кадры войны, “9 мая” ярко-красным на фоне звездочек. Впереди меня на рядах сидят двое мужчин и две женщины — думаю, лет 65–75. Женщина под полой разливает что-то по жестяным рюмкам. Опасливо озирается по сторонам. Мужчина ей: “Что ты боишься? Наши победили, а ты боишься, как фашистский разведчик!”» — сообщает с места событий колежанка Ольга Пинчук.

«Низький уклін тобі, ветеран». Лисичанск

Афиша концерта «Низький уклін тобі ветеран», Лисичанск. Фото: Сергей Мовчан

Дом культуры им. Ленина (который, конечно, больше не Ленина) находится в небольшом парке старого района Лисичанска. Когда-то тут был бельгийский квартал с характерной архитектурой и основанный бельгийцами еще в 1905 году крупнейший содовый завод. Правда, бельгийцев в городе давно уже нет, а завод в 2013 году сравняли с землей в прямом смысле этого слова его же собственники. Деконструкция города продолжилась в рамках политики декоммунизации — с парка у ДК убрали памятник Ворошилову. Зато появилась металлическая конструкция I Love Lisichansk. Тут, в Доме культуры им. Ленина (который, конечно, больше не Ленина), и состоялся небольшой концерт «Низький уклін тобі, ветеран».

Концерт очень локальный. Тут нет чиновников, нет официоза. Только артисты, дети, занимающиеся в ДК, их родители — по сути, главные зрители — и группа школьников, которых явно привела сюда классная руководительница. Группа буквально редеет на глазах: один за другим школьники находят удобные моменты, чтобы с концерта «слинять».

Репертуар на сцене — смешанный. Тут не отказываются от «Дня победы», но звучат и украинские народные. А в фразах ведущей о победе «нашей страны» или о доблести «наших воинов» кто же такие эти «наши» — не уточняется. Необходимое можно подставить по собственному желанию. Благодаря такому непроговариванию мероприятие достигает невиданного уровня политкорректности. Don’t ask, don’t tell.

Концерт «Низький уклін тобі ветеран», Лисичанск. Фото: Сергей Румянцев

Хотя концерт и посвящен ветеранам, ветеран тут только один. Его зеленый мундир танкиста увешан орденами. И хотя доминируют красные звезды, место нашлось и для желто-голубых полос, и для медалей с красными маками, и для юбилейной медали со Сталиным. Держится Алексей Григорьевич (так зовут нашего героя) бодро и готов подолгу рассказывать о своем боевом пути и трудовых подвигах. В боях Второй мировой он, конечно, участия не принимал. Слишком молод, о чем он сам прямо говорит. В молодости Алексей Григорьевич принимал участие в строительстве поселка Лисхимстрой, ставшего в будущем Северодонецком. А его первой боевой операцией был захват Праги в 1968-м. По его словам, там тогда засели американцы.

Алексей Григорьевич. Фото: Вадим Лурье

Уже во времена независимости он активно включился в политическую жизнь страны в рядах ПСПУ и боролся за сохранение промышленных предприятий Лисичанска. 

Праздновать 9 мая Алексей Григорьевич планировал в Луганске: «Просто я внука и сына давно не видел. Они меня пригласили. А сюда его не пускают, поэтому я туда езжу». Но принимать участие в официальных мероприятиях в Луганске не планирует: «Не хочу непонятно перед кем мундир позорить».

«Память и примирение»

Попасть на церемонию возложения цветов к танку в центре Лисичанска мы не успели. Кортеж Дунаева от Привольнянского плацдарма доехал туда значительно раньше нас. Застать удалось лишь отъезжающий кроссовер Porsche Cayenne с развевающимся из окна красным знаменем. Их миссия выполнена. Уже скоро на YouTube выложат ролики — как от «защитников памяти» «великой победы», так и от борцов с «победоносием», а политические игроки возьмутся собирать дивиденды. 

Машина кортежа депутата Сергея Дунаева в центре Лисичанска. Фото: Сергей Мовчан

Происходить это будет по всей стране. Где-то еще и подерутся, кому-то плюнут в лицо, а полиция Лисичанска начнет расследовать дело об открытках на 9 мая с запрещенной символикой. Но именно здесь, на Луганщине, соприкосновение и борьбу идеологий можно было понаблюдать в чистой, материальной форме, воплощенной в праздничные ритуалы. Увидеть, как инструментализируется история. Как используется память о Второй мировой и символический статус ветеранов в угоду достижения политических целей. Как ответственно исполняются новые государственные стандарты празднования, переданные с центра, и как они подгоняются под локальный контекст. Оценить фантастическое перемешивание всех этих компонентов в разных пропорциях и что из этого получилось в результате.

Вопреки тому, что на смену «концепции Победы» должна была прийти концепция «памяти и примирения», «память» остается тщательно отобранной в соответствии с актуальными политическими потребностями, а «примирением» в исторических войнах пока и не пахнет. В нем просто никто не заинтересован.

Читайте также:

Якщо ви помітили помилку, виділіть її і натисніть Ctrl+Enter.

Примітки   [ + ]

1. Название закона «Про засудження радянської та націонал-соціалістичної (нацистської) символіки» не должно вводить в заблуждение. В сравнении с предыдущей версией, закон вводит запрет на использование советских символов и их комбинаций, тогда как практически вся неонацистская символика из-под действия закона выводится. Формально не запрещена даже свастика.